И нельзя сказать, что москвичи этим были недовольны. Жить тогда в столице было лучше и веселее, чем в других местах.

Так вот, ныне столица России превращается в образцовый тоталитарный город. И опять без особых протестов. Только несколько примеров.

Так называемые выборы в Московскую городскую думу. Все было очевидно, но москвичи не возмутились. То есть одобрили.

Черкизовский рынок. Москвичи не то, что одобрили, – рукоплескали. И громче всех бил в ладоши московский средний класс, избавившийся от пробок и прочих неудобств. При этом о соблюдении прав торговцев и сохранности их собственности никто не говорил, кроме них самих.

«Черкизон», конечно, разнесли по инициативе федералов, это понятно. Но московская власть многое обратила в свою пользу. И это префект Восточного АО отказывался открывать рынок, хотя на это у него не было правовых оснований. Ну, а пожар – это по-московски со времен стародавних до наших дней. Даже Манеж горел сравнительно недавно.

Ну, с возможным преемником Олегом Митволем тоже пример показательный. Его слова о владельцах «Антисоветской шашлычной» – «господа явно не боялись власти» – стилистически весьма точно характеризуют представления всей российской правящей элиты о принципах ее отношений с подданными.

Но написать обо всем этом я решил после того, как узнал о последней инициативе московских властей, решивших покончить с бездомными, отправив их на принудительные работы. Об этом заявил префект Центрального административного округа Алексей Александров. Вот как это звучит в информационном сообщении одного из агентств:

«Нужна жесткая воля государства и общества, чтобы эти люди работали», – сказал он на пресс-конференции в центральном офисе «Интерфакса» в четверг.

По его словам, нужно вносить изменения в действующее законодательство с тем, чтобы иметь возможность отправлять таких людей на работу. Он отметил, что Мосгордума прорабатывает соответствующие изменения в законодательство.

По его мнению, сейчас ситуация выглядит парадоксально: «Милиция бродяг забирает, моет, чистит, кормит и отправляет обратно». По мнению префекта, проблему бродяжничества нельзя будет решить, пока такие люди не будут нести ответственности за бродяжничество».

Только не надо лепить рацуху – спрашивать, как это принудработы решат проблему бездомности, где жить-то бездомные будут. Тут важно другое. Вполне тоталитарные заявления (пока не решения) в Москве делаются представителями правящей номенклатуры. А вот на федеральном уровне фашистская фразеология осваивается пока девчонками из «Молодой гвардии «Единой России». Да и то с оглядкой на демократический дискурс и демократическую аргументацию («большинство – меньшинство»): «В здоровом обществе права здоровых людей (большинства) должны быть выше нездоровых (меньшинства)».

Негативная составляющая тоталитарной модели на федеральном уровне присутствует. А позитивная – нет. Лужков (как и Лукашенко, кстати) смог создать иллюзию солидарности власти с населением, по-своему, но все-таки признает субъектность подданных. Федеральная власть за десять лет показала, что она не может это сделать – не умеет, не хочет и, как ей самой казалось, не нуждается в этом.

А на самом деле, ей это нужно. Но не дано. А вот Лужков, Шаймиев, Рахимов, Кадыров – каждый по-своему, но умеют представить себя отцами народа. Как бы этот народ их ни поносил и что бы он от них ни терпел.

http://slon.ru/blogs/shusharin/post/160557/

Вот посмотри все 5 программ в 10 частях:
http://www.youtube.com/watch?v....ynext=1

а вот здесь чуть подробнее можно, для неосведомленных

Что-бы понять - смотрите целиком.
Сравните высказывание эйхмана с высказыванием чубайса 15 летней давности о лишних пенсионерах.

http://karaoke.yarsk.info/parodii/prezident/play/

В целом, «обыски» и т.п. – это минимальная степень угрозы для любого бизнеса или чиновника. Реальная опасность начинается с уголовного дела, а показатель того, что дело серьезно – это арест кого-либо из фигурантов (объявление в розыск). Для простого человека есть еще промежуточное звено – «поступление дела в суд». Как известно, российские суды дают минимальный процент (менее 1%) оправдательных приговоров, и потому есть опция договориться со следователями так, чтобы дело было прекращено, ею и советуют пользоваться адвокаты, если есть деньги – это дешевле судебных издержек формального или неформального рода. Но в случае известных, имеющих крупный резонанс дел, в общем, основные развилки таковы: возбуждение/невозбуждение дела, арест/неарест, оправдательный/обвинительный с реальным сроком/обвинительный без реального срока приговор. Такие дела нельзя прекратить, договорившись с простым следователем.

Статус арестованного главы московского комитета по рекламе Макарова невелик – это даже не член правительства Москвы. Оценки имеют отношение, подчеркну, к политике – разумеется, глава комитета по рекламе Москвы с финансовой точки зрения может весить больше, чем вице-губернатор в каком-нибудь средненьком регионе. Но низкий формальный уровень привлеченных не дает основания говорить о том, что с точки зрения федерального центра речь идет об ответственности мэра. К тому же, некоторые из привлеченных (например, бывший префект САО Хардиков) привлекался по инициативе самих московских структур, а не федералов. Да, в 2009 г. возникли скандалы с двумя близкими московскому мэру предпринимателями – Тельманом Исмаиловым и Шалвой Чигиринским, но они ни во что особенное, в том числе для них, не вылились, а скандалы бывали и раньше – вспомним фамилии Умара Джабраилова или даже судившегося со своей сестрой Виктора Батурина.

Некоторые кремлеведы обращают внимание на то, что нынешний глава УВД Москвы ранее в Орловской области возбуждал уголовные дела против местных властей (там как раз доходило и до первого вице-губернатора, и до мэра Орла), но что это значит? Уж точно не то, что из принципиальности он будет делать то же самое и в Москве. Так что статистикой лучше пользоваться московской, а не орловской.

Перед любыми выборами, и 2009 г. не исключение, обостряются слухи про политическую судьбу московского мэра, 73-летнего Юрия Михайловича Лужкова (старик Батурин, как его величают в номенклатурной среде). Впервые такие слухи я слышал перед мартовскими выборами 2000 г., с тех пор они повторяются регулярно. Меняется их футурология – от Георгия Полтавченко и Александра Жукова до Сергея Иванова, Сергея Собянина и Игоря Шувалова, но остается неизменным тот комплекс аргументов «за» и «против», который существовал как минимум с 2004 г., года, когда формально любой губернатор мог быть снять с должности без всяких причин.
В чем дело и чем все закончится? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, мы разложим его на три составные части. Что мы имеем в Москве? Каковы аргументы «за» сохранение Лужкова (кстати, его срок полномочий далек от формального окончания – 2011 г., он был назначен всего лишь в 2007 г.)? Каковы аргументы «против»?

А имеем мы в Москве очень эффективную, с точки зрения бюрократии, доведенную до совершенства систему госкапитализма – то есть приватизации прибыли и национализации убытков. Назначение Лужковым всех чиновников сверху донизу (от глав управ районов до глав всевозможных унитарных предприятий), полное отсутствие местного самоуправления, бюджеты которого составляют доли процента от бюджета города, а полномочия сведены к подаче советов и снижению брачного возраста. Московский бюджет (более триллиона рублей расходов на 2009 г.) – дефицитный, непрозрачный, предполагающий масштабное финансирование коммерческих проектов. Монополия в СМИ – ни на городском, ни на районном уровне давно не осталось уже никакой оппозиционной прессы. Суды, в которых (за исключением небольшого периода начала 2000-х) власть не проигрывает. Система доплат бюджетникам и прочего спонсорства политически правильной общественности. Ну и самое главное – это жена, долларовый миллиардер Елена Батурина.

Поймите правильно. Мы люди не наивные и понимаем, что родственники крупных чиновников – и в России, и за рубежом – не работают дворниками. Но обретение миллиардного состояния за время руководства городом своего супруга – факт в цивилизованном мире совершенно немыслимый. Кстати, легализовало капиталы семейство Батуриных именно в правление Путина. И есть все основания полагать, что при сохранении этой системы жена следующего мэра Москвы тоже станет миллиардером.

В-третьих, как правило, революции происходят в столицах, в столице же проживает 6 миллионов избирателей, для привлечения которых в пользу «Единой России» очень подходит паровоз в виде Лужкова (впрочем, даже с Лужковым Москва остается одним из самых оппозиционно настроенных регионов России – несмотря на масштабные фальсификации в Центральном округе, в 2007 г. ЕР набрала в Москве лишь 55%, пятый снизу результат по стране).

Наконец, общим местом, даже для многих недоброжелателей Лужкова, является то, что он «контролирует ситуацию».

По такой логике Лужков как мэр – податная единица, своего рода феодальный откупщик, с которого удобно спрашивать, не особо вникая в технологии и трудности того, как достигается этот результат внутри системы. Мэр, хотя и не вполне свой, соответствует сверхценной идее «контроля над ситуацией» (=самосохранения), принятой в российской власти.

Можно вспомнить, правда, что в истории был случай, когда выяснилось, что мэр Москвы не так-то и хорошо держит удар. Это был 1999 г., когда часть федеральных телеканалов и ведущий расходную избирательную кампанию Сергей Кириенко в считанные полгода обвалили рейтинг Лужкова на четверть, с заоблачных 96% 1996 г. до 69% в 1999 г., а рейтинг его «Отечества» в столице и вообще ниже 50%. Это покончило с федеральными политическими амбициями Лужкова (изредка прорывающихся лишь в комичных поучениях отдельных министров федерального правительства). Да, тогда ресурсы мэра и его врагов были примерно равны (а сейчас ни о каком равенстве ресурсов власти и оппозиции речи быть не может). Но, с другой стороны, мэр Москвы, не скрывавший президентских амбиций, был на взлете своей политической карьеры, а теперь от него накопилась большая усталость, и социологи фиксируют неуклонное снижение его личного рейтинга.

Если Лужков не сумеет обеспечить «Единой России» повторение результата двухлетней давности – хотя бы преодоления психологически важного барьера 50%, то его кресло может вполне закачаться. Тогда-то, для упрощения переоформления активов на новых собственников, серьезный характер могут принять и уголовные дела в отношении его подчиненных. Пока это – небольшая беспокоящая мелочь, призванная напоминать богатому градоначальнику, что и он под кем-то, кроме Бога, ходит.

http://www.lujkovu.net/news/news_259.htm